Минбезобраз

Скандалу, разгоревшемуся по итогам тендера на закупку компьютерной техники для нужд сельских школ, уже месяц. Как ни странно, за это время ни одному из десятков журналистов, заинтересовавшихся деталями этой истории, так и не удалось добраться до главных фигурантов дела со стороны министерства образования. Те упрямы: на встречи не соглашаются, да что встречи - на звонки и письма не отвечают.

«Главный по тендеру» в министерстве Поляков А.А. однажды все-таки отреагировал на мое письмо, хоть и с недельным опозданием. Его реакция заключалась во встречном вопросе: «Что еще за скандал? Что еще за тендер?» Не догадывается человек. Или у них много таких тендеров?

За прошедшее время, однако, комментарии министерства практически потеряли актуальность. Материалов у журналистов скопилось много, по большей части из открытых источников, и ситуацию они проясняют в полной мере. Если пару недель назад у чиновников был шанс купировать скандал, внятно разъяснив свою точку зрения, то после того, как ставка была сделана на «журналисты покричат-покричат да и перестанут», шансов на спокойный летний отдых у них осталось немного. Помимо журналистов начинают «кричать» политики, скоро дело может дойти до депутатских запросов и антимонопольных расследований, а уж такого шума самые главные чиновники чиновникам помельче уже не простят. Впрочем, судьба последних нам безразлична - дело не в конкретных персонажах, а в том, что есть правила игры, и если ты их нарушаешь, то рано или поздно должен уступить место - даже не более честным, а хотя бы лучше адаптирующимся к правилам.

Эта история могла бы стать хорошим уроком тем, кому предстоит в ближайшее время организовывать тендеры и госзакупки компьютерной техники.

Расставлять в скандале точки над i пока рано, но точки болевые перечислить уже можно. Даже нужно: многие из комментаторов тонут в информации и все сваливают в одну кучу. Главных же проблем я вижу пять.

• Хронологически, проблема «номер один» (которая, со всех остальных точек зрения, таковой вовсе и не является) - это письмо, подписанное лидерами нескольких российских IT-компаний (см. «КТ» #402, стр. 43). Став информационным поводом, оно обеспечило общественный интерес к тендеру на начальном этапе скандала и на сегодня полностью свое отработало. Кто и в какой ситуации его подписывал, будучи согласным с ним полностью или частично, изменилось ли с тех пор его содержание или контекст и т. п. - уже не интересно, поскольку текст письма в итоге был признан фигурантами аутентичным. Точнее, целый ряд вопросов интересен, но только подписантам и лично знакомым с ними людям.

• Изменение заголовка письма. Когда случился подлог и кто персонально несет моральную (о прочих речь заведомо не идет) ответственность за введение публики в заблуждение, мне до конца не ясно. В «КТ» #403 свои извинения (сожаления?) по этому поводу сформулировал г-н Проничев, генеральный директор «Арсенала», но за кого он извинялся, я так и не понял. Публика, соотнеся слова г-на Проничева с контекстом и логикой событий, подлог в части заголовка связала именно с «Арсеналом», и если - зря, то лучше бы ему заявить об этом более определенно. Подозреваю, впрочем, что заявлений не последует.

• О третей проблеме можно говорить более определенно: письма, разосланные «Арсеналом» «руководителям органов власти», исполнены почти в классическом советском стиле, наиболее подходящие название для которого - «донос». Противопоставление «отечественного» и «зарубежного», «безопасности государства» и «нравственности», объявление вопроса используемого в школах ПО «нравственным» и «политическим», апелляции к «национальным интересам» - все это читать крайне неприятно, приношу прощение за личное отношение. Заметим также - здесь личное уже заканчивается, - что толку от этого письма было чуть; «Арсенал» неизящностью стиля разве что подпортил себе репутацию.

• Следующая - уже сущностная - проблема. «А были ли альтернативы решениям, допущенным к участию в тендере?» Осмелюсь предположить, что альтернативы были и в аппаратной части, и тем более в программной. Альтернативы в чем-то очевидные, в чем-то нет, но проблема есть, и «КТ» будет писать об этом ¹.

• И наконец главная проблема, никак не интерферирующая с перечисленными, но которую теперь иногда пытаются спрятать за ними, - это собственно проблема нечестного тендера. Условия соревнования могут включать в себя технические требования к конкурсантам, спецификации и т. п., но не могут сводиться к директивному назначению победителей: фирм или аппаратных платформ. Мы допускаем, что в честной борьбе победили бы те же самые фирмы, что и в конкурсе, проведенном Минобразом, но говорить об этом с уверенностью не можем: критерии оценки конкурсных проектов, использованные Минобразом, никому не известны.

[i40401]