| |  Дмитрий Кучеров: "... я стал реабилитологом, вебмастером и психоаналитиком..."
kucherov@aha.ru
Отчаявшиеся, впавшие в депрессию люди, дорвавшись до компьютера, зачастую преображаются на глазах. Отбросив суицидальные настроения, они приобретают новый вкус к жизни. Это крайне актуально в нашей стране, где инвалиды заперты в необорудованных квартирах, вынуждены довольствоваться телефоном, телевизором и видом из окна на помойку. Даже автономный компьютер скрасит жизнь, а при должном умении - и поможет заработать на кусок хлеба.
В качестве примера приведу себя. Три с половиной года назад я упал с 4-го этажа и сломал шею. "Сломал" - не совсем верное слово, но, кратко говоря, спинной мозг был поврежден в районе 5-6-го шейных позвонков. Около полугода я прожил как "говорящая голова", а потом меня потихоньку стали сажать в коляску. Чувствительность, да и то частично, присутствовала от груди и выше, руки двигались еле-еле. Меня подвозили к компьютеру, где я проводил все время, в течение которого мне разрешалось сидеть. Не могу выразить, как я благодарен своим родителям, сестре, брату, которые помогли мне не только доползти до компьютера, но и выжить.
Поначалу меня не интересовало ничего, кроме игрушек. 3D-шутеры на самом деле заставляют на некоторое время поверить в то, что ты можешь совершенно свободно двигаться. Причем качество ощущения зависит только от воображения, а не от качества игры. Да и вообще игры помогают расслабиться, отвлечься от бытовухи.
А в январе 97-го в жизнь вошел Интернет. Или это я в него вошел? Не важно, главное, что я вырвался из стен своей квартиры в иной мир. Первое время я, как слепой котенок, тыкался куда попало, потом был период судорожного серфинга по порносайтам и пустой болтовни в чатах. Чаты тоже могут заставить почувствовать себя здоровым, особенно если умудришься поверить в собственное вранье. Врал я много и часто. Так, к примеру, на "Завалинке" меня знали как Митьку, в "кроватке" - как Люсичку, а на махаоновском "диване" я фигурировал в качестве бесполого существа с ником "Балтика .6 fan". Трудно объяснить, зачем я это делал. Но к подобному способу общения я охладел довольно быстро.
 Почти с самого начала я стал искать товарищей по несчастью, и это оказалось не так-то просто. Пара-тройка домашних страничек и один-два сайта обществ инвалидов, обновляемых раз в полгода, вот и все мои трофеи. Тогда я решил срубить нечто, находящееся сейчас на shara.dnepr.net/~dsr, приближенное к моему представлению о том, что я хотел найти в Сети. Я попытался свести воедино все то, что раньше было разбросано по разным концам русского Интернета. Медицинские статьи, касающиеся инвалидов с ограниченным движением, подборку юридических документов, адреса и телефоны организаций, список литературы и, конечно, ссылки на ресурсы Сети, могущие заинтересовать инвалида или человека, живущего рядом с ним. Назвал я свой сайт "Курилка", потому что, лежа в больнице, самую важную информацию и последние новости удавалось узнать не у врачей или сестер, а именно в курилке.
В первые две недели после того, как я запустил в поисковые машины, каталоги и форумы информацию о своем сайте, я был забросан письмами. Потом волна пошла на убыль. Честно говоря, сначала мне было не по себе от обрушившейся на меня боли, красной строкой проходящей через многие письма. Я делал сайт в надежде немного расширить круг общения, а стал реабилитологом, вебмастером и психоаналитиком в одном лице. Советы оказалось давать легче, чем самому им следовать.
Живу я в Москве, причем несколько лет назад жил в двух шагах от вашей редакции, на Шаболовке, а сейчас обитаю в Измайлово. "Компьютерру" я начал читать году в 95-м, ее покупал мой старший брат, а я тырил у него номера. Когда он свалил в Америку, я конфисковал всю подборку, а с января 97-го стал регулярно выписывать любимый журнал. | |
Я ослеп в трехлетнем возрасте, а оглох - в девятилетнем. Получилось так, что с детства творчество стало подлинным смыслом моей жизни. Сначала, конечно, это было предтворчество - игра-фантазирование в одиночку; затем первые опыты стихосложения, публицистика и наконец наука. Творческая мотивация достигла уровня одержимости. Вне творчества, без творчества я не мог и не могу представить своего существования.
Я знал о существовании компьютеров, специально приспособленных для слепых; о читающей машине "Оптакон", устроенной так, что миниатюрный "глаз" - телекамера - ведется по строчкам обычного печатного текста, а у вас под пальцем появляются буквы, увеличенные и вибрирующие так, как вам нужно, и имеющих такую толщину контуров, какая вам удобна. Я знал, что эта техника есть в Доме просвещения Всероссийского общества слепых. Мне показывали ее и за границей. Я и не прочь был бы научиться читать по-зрячему с помощью "Оптакона", овладеть компьютером с брайлевской приставкой, но долгое время мне просто не с кем было регулярно посещать Дом просвещения. Между тем, в ходе работы над кандидатской диссертацией надо было создавать десятки вариантов одного и того же текста - по Брайлю, потом по-зрячему, потом опять по Брайлю. Можно сказать, что, помогая мне в работе над авторефератом кандидатской диссертации, перепечатывая по Брайлю возвращаемые на доработку зрячие варианты рукописи, всюду меня сопровождая, - мама надорвалась, и это ускорило развязку: перед самой защитой у нее случился инсульт...
Но самое главное - я почувствовал себя полноценным зрячим, если и не слышащим, автором. Я смог избавиться от вечного проклятия - сдавать в печать, по существу, черновики. Уровень моей творческой самостоятельности стал почти равен уровню творческой самостоятельности зрячих. ("Почти" - в смысле физических и технических возможностей; самостоятельность мышления и мировоззренческой позиции, сила воображения, этическая основа творчества - это другие, и притом самые важные, сути дела касающиеся, "показатели", по которым инвалид вполне может и превосходить своих "нормальных" коллег.)