Вот уже два месяца в Польше действует антипиратская телефонная линия. С подробностями наш корреспондент из Варшавы.

Эта линия открыта организацией BSA (Business Software Alliance) для того, чтобы любой человек мог позвонить сюда и сообщить об употреблении частными предприятиями или госучреждениями нелицензионного программного обеспечения, а также получить консультацию о правилах использовании ПО. Несмотря на почти пятилетнюю борьбу производителей софта с пиратами, большинство пользователей имеет весьма поверхностное представление о преимуществах легального приобретения программ, хотя информация об этом регулярно распространяется крупнейшими западными фирмами, в том числе через прессу.

С какими же вопросами обычно обращаются в BSA? По сообщению газеты «ComputerWorld Polska», чаще всего спрашивают о том, можно ли применять в бизнесе программу, купленную для личного использования.

К тому же неожиданно выяснилось, что многие компьютеры продавались с предустановленным нелицензионным программным обеспечением (по крайней мере те, что проданы более двух лет назад, до принятия весьма жесткого закона об авторском праве). Теперь же пользователи этих компьютеров оказались настоящими изгоями. Серьезные компании не хотят иметь сними дела, и им остается лишь обращаться к пиратам, которые в последние годы стали в Польше настоящим «подпольем», хорошо законспирированным, чуть ли не с паролями и тайными знаками (даже на стихийном компьютерном рынке в Варшаве, сильно напоминающем митинский, торгуют лицензионным программным обеспечением). Пока что никакого решения этой проблемы BSA не предложил и, как утверждают некоторые знатоки, не предложит, поскольку «амнистия» вызвала бы недовольство дистрибьюторов. При этом все понимают, что какое-то решение принять все же необходимо.

Линия ВSА не единственная в Польше. Существует еще телефонная линия организации PRO (Polski Rynek Oprogramowania). Она тоже открыта совсем недавно, и пока что туда обратилось лишь два человека. Оба оказались уволенными с работы программистами, которые таким образом пытались свести счеты с бывшими работодателями. Весьма вероятно, что это им удалось. Другое дело, что кара не последует мгновенно – пройдут, вероятно, месяцы, а то и годы судебных разбирательств. Это еще одна из проблем, которую предстоит решить борцам с пиратством в странах посткоммунистического мира. Пока телега закона будет скрипеть и раскачиваться, очень возможно, что к моменту слушания дела главные свидетели по понятным нам всем причинам либо откажутся от показаний, либо просто исчезнут (это менее вероятно, но и тут причины ясны российскому читателю).

И еще один нюанс. В Польше, как и в России, «стукачество» не числится в добродетелях. Коммунисты так усиленно культивировали доносы всех на всех, что теперь сама мысль о лаврах Павлика Морозова вызывает у нормального человека отвращение. Учитывает ли BSA такую особенность сознания восточноевропейского человека?

Из источника в кругах защитников авторских прав мне удалось узнать следующее. Во-первых, методики работы с пользователями создает высшее руководство BSA. Предварительно эти методики обкатываются в развитых странах и лишь потом принимаются за основу. В США, насколько известно, были получены положительные результаты. Во-вторых, по словам моего осведомителя, «всякие аналогии с доносами в службу безопасности сразу следует отметать. Ведь коммунисты боролись с собственным народом, а демократы защищают его интересы. Поэтому донос при демократии почетен, а при коммунизме нет».

Такая аргументация вызывает только недоумение. Если в Польше (где средняя заработная плата примерно в 1,5 раза выше, чем в России, при почти том же уровне цен) не находится большого числа желающих добровольно защищать права западных производителей софта, то что уж говорить о нашей стране, где в некоторых регионах люди по полгода не получают зарплаты. Донос, по моему мнению, станет добродетелью только тогда, когда обычный человек увидит, что государство защищает его интересы . До той поры само слово «демократия» останется насмешкой.