С точки зрения провинциального священника

Мысли, изложенные в этой статье, возникли у меня не только потому, что, будучи христианским священнослужителем, я регулярно провозглашаю Никео-Цареградский Символ Веры, начинающийся словами: "Веруем во Единого Бога Отца, Вседержителя, Творца неба и земли, всего видимого и невидимого...", но и благодаря своеобразному эффекту "сжатия технологического времени", имевшему место на предприятиях советской оборонной промышленности с конца 1970-х до конца 1980-х.

В тот год, когда фирма IBM начала производство своего персонального компьютера, на предприятии, где я когда-то работал, – а это было одно из лучших конструкторских бюро, продукция которого до сих пор не имеет аналогов за рубежом, – начали демонтаж ламповой ЭВМ семейства "Урал". Многие о ней искренне жалели, и не только потому, что у ее шкафов было так приятно греться в зимние вечера. На этой машине работали, на ней получали актуальные и по сей день результаты...

К концу 1980-х упомянутое КБ было оснащено вычислительной техникой почти так же, как и его конкуренты в странах "вероятного противника". Там была установлена Ethernet-сеть из самых мощных на тот момент 386-х "ПиСи", использовались закупленные в США, несмотря на все санкции ныне распущенного КОКОМа, многопроцессорные VАХ'ы и рабочие станции Iris фирмы Silicon Graphics, присутствовал даже матричный процессор FPS-164 производства не пережившей конца "холодной войны" фирмы Floating Point Systems.

Хватало и самого современного по тем временам программного обеспечения. И купленного по полулегальным каналам (словосочетание "серый импорт" имело тогда совсем другой смысл, чем сейчас, а итальянский торговец компьютерами, пойманный на этом властями родной страны, отправлялся на несколько лет отдохнуть на казенной койке в комфортабельной европейской тюрьме!), и добытого "с боем" лихими молодцами из героической внешней разведки...

И эти перемены, этот прогресс от технологий 1930-х годов (привет ламповым супергетеродинам и дифференциальным анализаторам!) к технологиям 1980-х (эра суперкомпьютеров, "ПиСи", видеомагнитофонов и т.п.) произошли чуть больше чем за пять лет. Срок здесь критичен – ведь некоторые психологи утверждают, что человек бывает самим собой лишь в течение семи лет, последовательно проживая в одном теле несколько жизней. Понятно, что те, кто столкнулся со столь быстрыми изменениями, оказались вынужденными начать размышлять над тем самым общим, самым универсальным, что содержит в себе вычислительная техника. Кому-то эти размышления помогли стать процветающим торговцем компьютерами, а автора этих строк, опирающегося на христианскую доктрину, натолкнули на то, что он предлагает вашему вниманию, дорогой читатель.

Когда "железо" тождественно программе?

На этот вопрос с легкостью ответят пользователи ЭВМ старшего поколения, поработавшие в оборонной и аэрокосмической промышленности. Конечно же, это случай аналоговой ЭВМ. Операционные усилители с различными сочетаниями конденсаторов и сопротивлений в цепях прямой и обратной связи одновременно составляли и программу этой машины (точнее – описание модели!), и выполняли саму функцию моделирования. Напряжение на заряжающихся и разряжающихся конденсаторах изображало изменение значений моделируемых переменных. Автор этих строк и сам провел немало часов в компании аналоговой МН-7, с ее ламповыми операционными усилителями и рабочим напряжением плюс-минус 100 вольт.

Пользователи помоложе (и тоже из оборонной промышленности) начнут припоминать специализированные мультипроцессорные вычислители. Эти машины, состоящие из последовательно соединенных процессоров, аппаратно выполняющих одну-единственную операцию – сложение, умножение, вычисление тригонометрических функций, – и поныне работают в бортовых системах управления российских боевых самолетов и кораблей, наводя на цель пушки и ракеты. Программа в них задавалась аппаратным соединением специализированных процессоров. Когда-то их применяли и для моделирования объектов примерно того же сорта...

Но и сторонники аналогового варианта, и сторонники специализированных мультипроцессоров, поспешившие дать уверенный ответ, будут не правы.

И в аналоговых моделях, и в специализированных мультипроцессорах с "железом", с аппаратной частью (если угодно, хардвером), совпадает не программа, а лишь ее аппаратная реализация. Сама же программа, то есть представленная неким образом информация о том, как должны быть соединены операционные усилители в аналоговой машине, а также какие сопротивления и конденсаторы должны быть на них "повешены", ничуть не более тождественна "железу", чем последовательность нулей и единиц, составляющих программу ЦЭВМ (эта забытая аббревиатура обозначает обычный компьютер!), тождественна ее микропроцессору и прочим кристаллам. Чтобы убедиться в этом, представьте, что вы дали в руки несведущему человеку электронную схему аналоговой модели и предложили ему установить соответствия между линиями и квадратиками на ней и трубочками и параллелепипедами на панели АЭВМ...

Для того чтобы избежать ложных ответов, давайте условимся понимать под программой не колоду перфокарт (ныне также прочно забытого носителя информации) или ее более совершенных преемников, а саму "чистую" информацию. И говорить будем о тождестве этой информации вполне реальному, вполне материальному объекту. Этот объект мы можем рассматривать как компьютер, поскольку действует он на основе указанной выше информации, исполняет программу.

Ну, знаете ответ?

А я знаю

С точки зрения сотен миллионов христиан (правда, большинство из них, в отличие от вас, читатель, вряд ли поняли бы эти рассуждения), компьютером, в котором программа совпадает с аппаратной частью, является... сама Вселенная! Все видимое мироздание, включая разыскиваемую астрофизиками "темную материю", все миллиарды галактик, в каждой из которых миллиарды звезд, – все может быть представлено как компьютер, созданный Творцом (которого христиане называют Богом) и исполняющий написанную Им программу. Программу эту христиане называют Провидением.

Самой уникальной особенностью этого компьютера-Вселенной является то, что в нем – и похоже, что только в нем! – программа совпадает с аппаратной частью. Программа порождает саму аппаратную часть.

Об этом говорит в начале своего Евангелия Иоанн, которого традиция называет любимым учеником Христа:

"В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все через него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть". (Иоанн 1:1-3)

То есть, творение Вселенной происходит через Слово, через информацию, через чистую идею – именно такой смысл имеет греческое Логос. И я не случайно начал с отождествления творящей информации с программой – вспомните о словах процессора!

Как же это может быть? Как громады пылающей звездной материи могут быть тождественны некоей программе, пусть даже и управляющей их движением?

С точки зрения науки древних греков, с точки зрения науки того времени, это было абсурдом, безумием. Древние знали, что есть мир материальный и есть мир идей, но сопоставить их не могли. Они знали об атомах, мельчайших частицах материи, но представить себе, как идея, слово порождает нечто материальное, они не могли.

Не смогли бы сделать этого и ученые прошлого века. Представить Вселенную в виде часового механизма они еще были способны, но понятия материальной ценности нематериальной информации (это я о вас, программисты и продавцы программ) им были совершенно чужды. Однако в начале века нынешнего ситуация, слава Богу, изменилась. Наука, заглянув внутрь атомов, обнаружила там ядро, электроны и море пустоты. Той самой пустоты, из которой Бог и создал Мироздание. Эйнштейн в общей теории относительности отождествил тяготение с искривлением пространственно-временного континуума, то есть той самой пустоты.

В 1920-х годах доцент физики Кенигсбергского университета Эрнст Калуца, введя в рассмотрение пятимерное пространство-время, объяснил с помощью искривлений пустоты и все электромагнитные явления, описываемые уравнениями Максвелла и вызывающие к жизни столь любезный вашему сердцу, дорогой читатель, компьютер.

В наше время существуют теории, сводящие все виды известных взаимодействий (гравитационного, электромагнитного, ядерного, слабого), а с ними и все элементарные частицы к геометрии пространства одиннадцати и более измерений. То есть, согласно этим теориям, все вокруг нас состоит из пустоты, из того, что Библия называет Тоху-во-боху. А то, каким образом эта пустота организована, закручена, – и есть Слово, информация, программа, вызвавшая к жизни Вселенную и установившая в ней все законы: и физические, и ничуть не менее прочные нравственные.

Это Слово, прозвучавшее в пустоте, не только установило программу развития нашего мира, но, изменив геометрию этой пустоты, подобно тому, как наша речь вызывает волны в воздухе, и создало при этом саму Вселенную. Вселенную, в которой идут вполне материальные процессы, но которая при этом может быть уподоблена гигантскому компьютеру с мириадами параллельных процессов.

Именно так, вооружившись достижениями современной науки, хотя и бессовестно упрощая их, можно попытаться объяснить людям, деятельность которых связана с компьютерами, то, как христиане смотрят на Мироздание "в общем".

Если же эти абстрактные рассуждения покажутся вам, дорогой читатель, убедительными, то из них следует один очень важный практический вывод. Самой древней профессией было не то небезызвестное ремесло, которое обозначил в качестве древнейшего бард британского империализма

Редьярд Киплинг, а профессия программиста. Правда, программиста, в совершенстве владеющего и аппаратной частью и постановкой задач! И если вы, дорогой читатель, узнаете, что представительницы той, одиозной, мнимо древнейшей профессии, оплачиваются лучше, чем вы, прекрасный знаток и программ, и "железа", – тут несправедливость налицо. Немедленно идите к начальнику и требуйте повышения зарплаты. И да пребудет с вами удача – если и не в финансовых вопросах, то, надеюсь, в постижении истины. А именно истину христиане считают единственным путем к свободе (Иоанн 8:32).