Где Вы теперь? Кто Вам целует пальцы?

Куда ушел Ваш китайчонок Ли?

А. Вертинский

Мой первый компьютер был "Роботрон".Тем, кто никогда не сталкивался с этими машинами, я скажу, что это экстишка, не вполне совместимая с IBM. To есть, например, никакими силами я не мог подключить к нему мышку, а установщики пакетов Microsoft завешивали моего "Роботрона" наглухо, а чтобы поставить, положим, Word (еще давней досовской пятой версии), я просил приятеля установить его на свою машину, а оттуда уже копировал себе установленный вариант... Еще – что немаловажно в контексте этой саги – "Роботрон" велик и тяжел: больше и тяжелее обычной IBM-совместимки. Тем не менее я очень "Роботрону" благодарен: он научил меня почти всему, что я знаю о компьютере; на нем я написал свои первые программы на Бэйсике и даже на ассемблере. Программистом после этого я, правда, не стал, но к этому, собственно, и не стремился, хотя не знал и до сих пор не знаю лучшего способа понять что-то про компьютер, чем немного на нем попрограммировать.

Однако, естественно, я мечтал о новой машине, о мощной, о современной. О той, на которой можно будет установить фантастические по тем временам Windows 3.0 и все с ними связанное, на котором заработают, наконец, спел-чекеры (тут им никак не хватало места: памяти в "Роботроне" было 528 килобайт). Денег было немного, – впрочем, на настольную эйтишку и даже на 386-й хватало.. Но нет! Увиденные сперва в Париже и Лондоне, а потом и в Москве чудеса техники под названиями laptop и notebook покорили сердце раз навсегда! Дороже? Увы, дороже! Но зато сколько кайфа! Настоящий компьютер в сумке под мышкой! И я продолжал стучать на "Роботроне" и ждать заработка.

Он пришел – сценарий для кино. Больше всего рекламы в связи с ноутбуками (давайте звать их Блокнотами – с большой буквы, чтобы таким образом отличать от блокнотов бумажных) было тогда у фирмы "Новый Стиль". Спешу оговориться: это тогда был не тот "Новый Стиль" с суперсалоном, который известен сегодня, а расположенная в нескольких комнатах в здании столовой у железной дороги неподалеку от одного из вокзалов фирма: двери, правда, железные, с соответствующими замками, дежурный милиционер. Блокнот, который мне предстояло купить (самый дешевый из имевшихся в наличии), был произведен американо-тайваньской фирмой Jeta. Теперь у этой фирмы есть в Москве собственное представительство и собственный (одноименный) магазин, тогда же большинство Jeta продавались в России "Новым Стилем", а большинство компьютеров, продаваемых "Новым Стилем", были производства фирмы Jeta. Это был 386SX-25 – Блокнот с гигантским, 80-мегабайтным (на "Роботроне" стоял винчестер в 20 мегабайт) жестким диском и с четырьмя (роскошь по тем временам!) мегабайтами оперативной памяти. И, естественно, монохромный дисплей LCD, отражавший 32 опенка серого. Те, что давали 64, стоили уже заметно дороже. Ни о каких PCMCIA-разъемах, трекболах и режиме энергосбережения не шло и речи!

Я был счастлив! Пошли Windows 3.1 и давно вызывавший зависть "Марьяж"! Виндовый Word (первая версия) был вне всякого сравнения с досовским. Облегченно вздохнула жена: освободилась масса места на столе, перестал надрывно-занудливо зудеть вентилятор (мы жили тогда в однокомнатной квартире, и нашему сыну не исполнилось и года)...

Когда первые восторги поутихли, начались проблемы, которых, впрочем, поначалу было чуть, для загрузки всех частей знакогенератора русским шрифтом требовался специальный драйвер. На одной из "бибиэсок" оказались демо-версия и адрес автора специально написанной для Блокнотов программы-русификатора по имени ESKEYB, мне удалось связаться с ним по телефону (он жил и, возможно, живет до сих пор в Эстонии, в Пярну) и скачать ESKEYB с помощью модема (естественно, модема приятеля, у которого был нормальный настольный компьютер).

Чуть позже мой Jeta (в быту прозванный Китайчонком Ли, ибо, хотя и собранный в штате Нью-Джерси, изготовлен он был все-таки на Тайване) стал включаться сначала со второго, потом – с пятого или неизвестно какого раза. До конца гарантийного срока было далеко, и я поехал в столовую у железнодорожных путей.

Редкая фирма (об одной такой я напишу ниже) принимает в расчет эмоции потребителя и его потребности: ремонтный участок тогдашнего "Нового Стиля" был так занят, что раньше чем через неделю взглянуть, в чем там дело (а дело было в том, что какой-то проводок попал под кнопку включения; развинтить четыре опломбированных винта и проводок отодвинуть – это могло, конечно, занять целых минуты полторы) отказались категорически.

Но и через неделю ничего приятного по телефону мне не сказали, и я, весь в нервах, сел на машину и поехал туда. Там было приблизительно то, что бывает в домах разводящихся и разъезжающихся супругов: фирма делилась на две, скандалили, выясняли отношения, и ни одна из половинок не хотела принимать ответственность за мой Блокнот. После двух или трех моих приездов выяснилось, что проводок отодвинули-таки, но при этом обнаружилась какая-то погрешность в BlOS'e, а ремонтный отдел отошел к уехавшей части фирмы, так что оставшаяся, занимающаяся распродажей довольно уже скудной Блокнотной наличности и собирающаяся менять направление торговли, максимум что, после всех моих скандалов, смогла предложить – поменять этот дефектный на 486SX-25 (с восемью мегабайтами памяти; других у них не было, но этот вариант меня, работающего в Word'e, как раз более чем устраивал) той же фирмы Jeta. Тут, правда, был трекбол, возможность вставки встроенного факс-модема и 64-тоновая серая шкала экрана. Правда, мне предложили заплатить за это чудо техники весьма по тем временам для меня заметную сумму и, главное, гарантию не продлевали, а старая кончалась со дня на день.

Я взял деньги в долг и рискнул. Счастлив был почти так же, как после приобретения первого JetBook'a (именно так называются Блокноты фирмы Jeta)... но значительно меньшее время. В первый же вечер после загрузки всех программ начались непонятные сбои, потери данных, порча исполняемых файлов и так далее. Стандартные тестирующие пакеты показывали, что все в порядке, но компьютер сбоил. И делал это как-то... случайно, что ли. То есть заранее нельзя было сказать, на какой минуте и в каком месте что он попортит.

Деморализованный предыдущими мытарствами и категорическим отказом продлевать гарантию, я вздохнул и снова поехал на фирму, которая, кажется, уже "Новым Стилем" не звалась. Началось с того, что меня заподозрили в полной безграмотности и стали гонять разные антивирусы (как будто бы я их не гонял!), а потом переустанавливать систему и форматировать диск. Толку не было – контроллер винчестера был, очевидно, дефектен.

"Вот вам бумажка, – сказали мне наконец, – вот – новый винчестер. Поезжайте на фирму "Аллее", не очень далеко от "Динамо": мы договорились с ними, что они временно берут на себя обслуживание наших клиентов". Я поехал. На месте, где меня встретили весьма мило, выяснилось, что это совсем не тот винчестер, а предназначенный для другого тоже сломанного Блокнота, так что вышло, что я слегка поработал курьером.

Однако уже было поздно, я вернулся домой, чтобы с утра вновь стучаться в двери столовой у железной дороги.

Ни денег мне возвращать не хотели, ни менять компьютер, ни ремонтировать... Я ездил и звонил добрую неделю, пока надо мною не сжалились и не пригласили в специальном порядке ушедших в новый "Новый Стиль" ремонтников, и те, постоянно демонстрируя мне какие-то застарелые свои обиды на тутошнюю администрацию, винчестер, наконец, поменяли.

Так я в третий раз стал счастливцем.

И сравнительно надолго.

Месяцев эдак на пять.

Потому что по их истечении мой Блокнот пискнул, погас и возрождаться не пожелал.

Фирмы, где я его приобрел, больше не существовало, во всяком случае, как фирмы, торгующей Блокнотами, и я занялся поисками "Нового Стиля". Это и тогда была еще не та фирма, что сегодня (с суперсалоном и т.д.), но уже гораздо более респектабельная, чем столовая у железной дороги: в самом центре, рядом с Арбатом, в старом особнячке, и милиционера у входа заменили штатские ребятки.

Поскольку пришел я туда уже не гарантийным просителем, а готов был (а куда денешься?) платить денежки, встретили меня весьма мило (те же самые ремонтники), не стали приглашать зайти через недельку, а тут же раскрутили машинку и стали отключать по очереди все, что там было. Результат не менялся. Последним дело дошло до памяти, – тут-то и выяснилось, что сгорела именно она. Но увы! Восьмимегабайтных модулей на фирме не было, а я так уже привык к роскошной жизни, что возвращаться к четырем мегабайтам не хотел категорически. Вы сами понимаете, что модули в JetBook'e не стандартные и ни с чем (доступным) не взаимозаменяемые.

"Поставьте, – прошу, – пока четырехмегабайтный модуль, а когда придут восьмимегабайтные, – поменяете..." Фига с два. Я уж сейчас и не помню, чем они мотивировали, но этот вариант у них не прошел.

В тоске и печали я двинулся прочь... Старый друг, надорвав себе сердце моим плачем, припомнил, что его одноклассник работает в какой-то маленькой фирме, "Бостон-сервис", что ли, которая чинит компьютеры. "Компьютеры ... – скептически подумал я. – Большие... Настольные... Не эту же фитюльку память!" Однако поехал. От безвыходности.

Цокольный этаж... Коридор... Пот-мрак...Три комнатки. Водной – мастера на все руки и груда разобранного железа... Что-то вроде декорации из "Девяти дней одного года". Мужичок... Эдакий совершенно российский, вроде лесковского Левши. "Давай, – говорит, – поглядим..."

Короче, назавтра вернул он мне эту память вполне работоспособной. Денег запросил раз в сто меньше, чем мне обошелся бы (если б нашелся) новый модуль. Буквально – раз в сто! Вообразите себе: малюсенькая пластиночка с двойным печатным монтажом. Сверху- восемь модульков, снизу столько же. Левша умудрился все их по очереди выпаивать и прозванивать, пока не локализовал модулек с ошибкой; потом начал копаться и в нем и выяснил, что сама память в порядке, а вот один из приданных конденсаторов (размером много меньше булавочной головки), что называется, пророс металлом и образовал сквозной проводник толщиною в атом, другой – достаточно для короткого замыкания. Левша нашел аналогичный конденсатор и сумел заменить дефектный, а потом все снова собрать, да так, что компьютер заработал. То есть в отличие от Левши-прототипа, после стараний которого аглицкая блоха скакать перестала.

(Фирма эта давно тоже разделилась и переехала. Левша перешел куда-то в другое место. Однако, когда при очередном переконфигурировании очередного десктопа я неосторожным движением выломал из дорогой четырехмегабайтной видеокарты микроскопическую катушку индуктивности, я снова поехал на ту часть бывшего "Бостон-сервиса", которая занимается ремонтом и называется сейчас "Волос-Девы", и какой-то другой Левша, подсунув плату под микроскоп, в полминуты впаял, что надо! Как там писал поэт: «...собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов земля российская рождать...").

Итак, мой Блокнот снова заработал. Модем, правда, слегка пучился и выступал и, что более неприятно, не имел аппаратной защиты передаваемых данных, но на факсы его хватало. Такое счастье продолжалось где-то с полгода, пока я, порывисто вставая с кресла на службе, не уронил моего Китайчонка Ли-Н на пол. Экран пошел лучами и стал прозрачным. Увы... Компьютер стих...

Поскольку волшебный "Бостон-сервис" был неподалеку, я сразу поехал туда, к Левше. Он разобрал моего бедного Китайчонка и отключил экран. При подсоединении постороннего монитора Китайчонок снова заработал. И на том спасибо. Монитор дома стоял у меня уже сравнительно давно: подарок фирмы "Агама" и родного издательства "ABF", – не вполне, впрочем, бескорыстный: первые года полтора все книги (включая цветные обложки), выпускаемые этим издательством, были изготовлены именно на двух этих Китайчатах Ли!

Но увы! Блокнот лишался всех преимуществ Блокнота и превращался в сравнительно посредственный десктоп: потому посредственный, что ни винчестер еще один туда не вставишь, ни видеоадаптер не поменяешь, ни память лишнюю не воткнешь и так далее.

Поездка в "Новый Стиль" расстроила до слез... "Как жаль, -сказали мне знакомые мастера, – у нас полгода провалялся такой экран, и мы буквально вчера поставили его на один компьютер. Новых? Нет, новых не ожидается... Мыс фирмой Jeta сейчас дела почти не имеем. Обратитесь к администрации: может, они дадут вам телефончик в Америке..."

Не сразу, но телефончик дали. И я принялся звонить ее представителю в Нью-Йорк. Представителем оказался наш эмигрант, который, судя по всему, зарабатывал совсем не только связью фирмы Jeta с российскими партнерами: даже на то, чтобы поговорить со мною, у него все как-то не хватало времени, потому пятиминутный разговор состоялся только с пятой или шестой попытки (а счетчик междугородной тем временем щелкал).

"Да, – сказал представитель. – Разумеется. Какие проблемы. Понятно-понятно, все эти "Джеты" я знаю как облупленные и ошибки в модели не будет никак. Вы, главное, деньги подошлите..."

Подослал: на счастье, приятель по имени Захар ехал в Нью-Йорк. (Имя приятеля я упомянул не случайно: он – один из героев саги.) И Захар привез экран. Восторг! Всего два-три месяца я просидел за неподвижным Блокнотом, сейчас он снова оживет, и я снова стану мобильным обладателем маленького чуда конца двадцатого века!

Получив аккуратно упакованный экран, я понесся в"Бостон-сервис", к Левше. Увы, как Левша ни старался, приладить полученный экранчик к искалеченному Блокноту не сумел. Я чесанул в "Новый Стиль".

"Ы-у-у... – сказали они. – Да это у вас совсем не тот экран".

"Но его же выслал представитель фирмы, телефон которого вы мне и дали".

"Во-первых, не мы, а администрация. Во-вторых, в порядке оказания любезности. И естественно, что за его поступки ответственности мы не несем".

"И что же мне делать: во-первых, со своим Блокнотом, во-вторых – с экранчиком?"

"С блокнотом?.. Если подходящий экран появится, мы вам позвоним. С экранчиком? Н-ну, хотите – оставьте. Если кому понадобится, продадим..."

"И когда же это случится? И одно, и другое?"

"Кто ж его знает?"

От их предложения позвонить я, естественно, не отказался (на безрыбье) , а экранчик забрал, чтобы снести в ныне тихо сгинувший компьютерный комиссионный магазин "Сетап" на Ленинском, возле "Электроники". Экран там взяли, и он благополучно пролежал месяца два, после чего был (с глубоким вздохом) отвезен-таки в "Новый Стиль".

Спустя еще пару месяцев из "Нового Стиля" и впрямь позвонили и сказали везти Блокнот: появился экран. Не вполне такой, но... можно подогнать. И назвали цену, превосходящую запрошенную нью-йоркским представителем ровно вдвое. Но тут уж не до торговли...

Починили. Китайчонок снова ожил во всей своей красе. Правда, после падения крышка, закрывающая аккумуляторный отсек, несколько деформировалась и теперь своими усилиями больше не держалась: пластмасса, как на мыльнице, – ни подогнуть, ни подправить...

Спустя где-то еще полгода у меня дома раздался совершенно неожиданный звонок – я даже не вдруг врубился, откуда и почему. Звонили из "Нового Стиля". Уже того самого, который всем знаком: в центре. Крупного и красивого. Но все те же ремонтники, с которыми впервые я столкнулся еще в столовой у железной дороги. Сообщили, что мой полученный из Нью-Йорка экран продан и я могу заехать за деньгами. А я-то совсем уж считал этот экранчик стыдливо-добавочным гонораром мастеров-ремонтников. Нехорошо подумал о людях. Каюсь. Деньги тут же потратил на CD-ROM-драйв для "Пентиума".

А чтобы уж закончить рассказ о приключениях с Китайчатами, скажу, что этот, последний, с перепаянным конденсатором, подогнанным экраном и аптечной резинкой, удерживающей крышку аккумуляторов, добросовестно и бессбойно работает с тех пор вот уже четвертый или пятый год – правда, в руках директора издательства. Как он в эти руки попал и что оказалось взамен у автора саги, он (автор) расскажет ниже, а теперь сделает отступление с героями по имени Валерий и (уже упомянутый) Захар.

В разгар жизни со вторым Китайчонком я уже среди знакомых считался эдаким компьютерным мэтром. Поэтому, когда мой друг Валерий, проходя мимо заманчиво выглядящего и неподалеку от его дома расположенного магазина фирмы "Интеллект" и не удержавшись от соблазна, купил там совершенно потрясающий Блокнот (его впоследствии я окрестил Илюшей), то первым делом притащил его ко мне: чтоб я помог начинить его нужными программами, дай, конечно, похвастаться.

Похвастался успешно: Блокнот меня буквально потряс. Еще бы, при цене, совсем ненамного превосходящей цену моего Китайчонка, его Илюша имел видеокарту SuperVGA (256 цветов при 640x480 или 16 цветов при 800x600, разумеется, для внешнего монитора; но и на собственном можно было установить 800x600 и скроллировать экран; тут же, кстати: когда бедный Китайчонок был прикован к постели, точнее – к столу, мой близкий друг, программист Игорь Книжный, большой знаток компьютерных видеокарт и видеорежимов, сумел выжать из Китайчонка при подключенном внешнем мониторе те же 800x600, о чем в паспорте не говорилось; правда, после замены собственного экрана пришлось писать хитрую программу на Бэйсике, которая меняла бы некоторые строчки файла SYSTEM.INI в зависимости оттого, подключен внешний монитор или нет; без такой замены Китайчонок глухо зависал)...

Отступление в скобках оказалось таким длинным, что проще начать перечисление достоинств Илюши заново Итак: при цене, совсем ненамного превосходящей цену моего Китайчонка, его Илюша имел видеокарту SuperVGA, встроенную звуковую карту (8-битовую моно, но по тем временам это вообще был первый увиденный мною Блокнот со звуковой картой) со встроенными же микрофоном и динамиком, два слота под, как их теперь зовут, PC-карты (PCMCIA) и, наконец, Docking Station – эдакий небольшой добавочный настольный стыковочный отсек, в котором заключался блок питания от сети, вывод SCSI-интерфейса и сетевая карта!

Я с некоторым может быть даже предательским стыдом за его бедное несовершенство покосился на Китайчонка, завистливо вздохнул и принялся играть с Илюшей. Господи, какой восторг!

Естественно, когда друг Захар из города Санкт-Петербурга, накопив, наконец, нужную сумму, обратился ко мне (компьютерному эксперту) за советом, что купить, я, не задумываясь, присоветовал Илюшу. И, соответственно, фирму "Интеллект", потому что никто больше такими Илюшами, кажется, неторговая.

Захар сел на "Стрелу" и приехал в Москву, откуда и уехал, счастливый своей удачной недорогой, покупкой. А через неделю началось! Драйверы PCMCIA, без которых Илюша не хотел понимать даже простенького модема, отжирали всю стандартную память, так что ничего больше не хотело запускаться; трекбол наглухо завешивал Windows; то же делал и переключатель видеорежима; не работала не только утилита энергосбережения, но и сами аккумуляторы отказывались подпитывать Илюшу дольше пятнадцати-двадцати минут.

Соблазнитель Валерий плакался по телефону по тем же приблизительно поводам. Но ему было лучше: он все-таки жил от "Интеллекта" в каком-то километре.

Впрочем, как выяснилось, лучше ненамного: как Валерий, так и Захар где на "Интеллект" сели, там с него и слезли, хоть Захару это стоило больше времени и денег.

"Оставьте компьютер.'.. Отправим его в нашу мастерскую, в Подмосковье. Дня через четыре...Ой, извините, тут же выходные... Через недельку дадим ответ".

"Да я из Питера, у меня завтра поезд!"

"А мы чего можем сделать?.." Во второй приезд удалось добиться, чтобы нас принял какой-то специалист "Интеллекта", сидящий где-то в районе "Проспекта Мира". Специалист долго копался со стартовыми файлами, потом сказал, что тут была ошибочка, что вот, пришла новая документация, новые драйверы, что надо исключить из пользования такие-то и такие-то адреса памяти... Илюша заработал чуть лучше, но трекбол продолжал вешать Windows 95, как прежде, а аккумуляторов как не хватало и на полчаса, так и не хватало.

Но тут приспела новая беда: Захар (это для него было важнее прочего) купил быстрый и хороший (соответственно-дорогой) модем PCMCIA. Но радовался ему совсем недолго, да и радовался как-то с кривой усмешкою. С кривой усмешкою потому, что, если подключались соответствующие драйверы, почти ничего другого загрузить было нельзя, сами Windows едва-едва проворачивались, так что изначально приходилось выбирать конфигурацию: для работы или для общения. А недолго потому, что через две недели модем сдох.

Снова – поездка в Москву, где на фирме, продавшей модем, повертели его, покрутили и решили поменять. Бедная фирма: менять-то его должен был, конечно, "Интеллект" – внутри Илюши было под сто градусов, и модем просто не мог не сгореть! Такой вывод я сделал после того, как и у Валерия сгорело два модема подряд! "Интеллект", однако, и здесь вел себя так, как будто был не при чем. Правда, Валерий добился-таки у них замены четырехсотдолларового сгоревшего модема на девяностодолларовый, а Захару уже ни сил не хватило, ни оптимизма ехать в Москву и с "Интеллектом" разбираться.

Валерия "Интеллект" расколол еще много на что: на новый процессор, на новый винчестер, на добавку памяти, но Илюша от этого лучше работать не стал. Когда подошли Windows 95, выяснилось, что официально купленный Валерием в "Доме технической книги" дистрибутив на Илюшу не становится (я, большой специалист по Windows 95, написавший о них даже книгу, вынужден был констатировать, что действительно не становится). Поездка же в "Интеллект" привела лишь к тому, что Валерия обвинили в некомпетентности, запросили за услуги некую сумму и Windows 95 (непонятно какой вариант) все-таки установили. Но едва те начинали слегка сыпаться. Валерию приходилось снова бить поклоны перед "Интеллектом".

Попытки поменять в "Интеллекте" Илюшу на что-нибудь более совершенное разбивались о базальт душ интеллект-работников. То есть поменять соглашались, но за Илюшу предлагали такую цену, которая, с одной стороны, за него, каким он оказался, была даже и велика, с другой же – в несколько раз меньше той, которую не так давно взяли сами.

Что же касается Захара, он подержал Илюшу пару месяцев в питерской комиссионке, где на него никто не позарился, а потом – смирился и пользуется им, как молчаливой (звук на втором году работать перестал, а разобраться почему – себе дороже) пишущей машинкой: благо, фирма, с которой Захар связан, раскололась на пару настольных "Пентиумов".

Валерий тоже мечтает сейчас о каком-нибудь неожиданном заработке, чтобы выбросить Илюшу на помойку и купить себе десктоп. А сколько накраснелся перед Захаром я за то, что дал ему совет купить Илюшу, – этого и передать нельзя. Само собою, что считал себя обязанным без конца переустанавливать программы и то ездить, то звонить в "Интеллект", однако ни то, ни другое к удовлетворительным результатам не приводило или приводило дня на три-четыре. По-моему, у нас с Захаром с тех пор даже несколько попортились отношения.

Таким образом, только среди довольно узкого круга друзей автора фирме "Интеллект" удалось отвратить от Блокнотов двоих человек! А очень жаль, ибо Блокнот – это все-таки вещь!

Но вернемся к Китайчонку, вернее, к тому, как и на каких условиях я согласился с ним расстаться.

Издательство наше, которое поначалу состояло из нас с директором и в техническом смысле базировалось сперва на одном Китайчонке, потом на другом, потихоньку набирало силу, разрасталось, книг становилось больше, и они, в общем-то, покупались. Я же мало-помалу приобретал репутацию компьютерного писателя и журналиста. И мне уже необходим (просто для сведения и описания) был и дисковод компакт-дисков, и звуковая плата, и джойстик, и винчестер побольше... Короче, надо было расширяться.

Ксожалению, Docking Station, которая позволяла Китайчонку несколько расшириться, стоила в "Новом Стиле" почти столько, сколько настольный компьютер целиком. И директор издательства решился свой настольный 386-й поставить в издательство, себе забрать моего Китайчонка, который для обычной работы более чем удовлетворителен и удобен, поскольку мобилен, а мне купить настольный компьютер.

Вот бы и порадоваться. Однако я так прикипел душою к Блокнотам, что сказал директору:

"Большое тебе спасибо. Предложение принимаю с благодарностью. Но и с оговоркой. Без Блокнота жить все равно не могу, так что подожди, пока заработаю хотя бы тысячу зеленых, чтобы купить простенький Блокнотик, и тогда уже с десктопом смирюсь".

Ждали полгода. Заработал. Отдал Китайчонка директору, а себе привез "Пентиум", в "большом тауэре" – по тем порам суперновинку. А сам отправился к "Динамо", в фирму "Аллее", где хоть и бесполезно, но так любезно меня приняли, когда я пытался поменять винчестер у второго Китайчонка. Правда, не одно приятное воспоминание привело меня туда, но и объявление в газете, из которого я узнал, что давно приглянувшийся мне маленький "Зенит" стоит там едва ли не дешевле, чем в других московских местах.

Встретил меня тот самый Володя, который сочувствовал мне пару лет назад по поводу винчестера. И продал "Зенит".

"Зенит" – не "Джета", фирма с мировым именем. Не поручусь за достоверность, но слышал, что американские офицеры во время "Бури в пустыне" были оснащены Блокнотами именно фирмы "Зенит".

Не знаю уж, чем я был обязан этой любезности, но Володя совершенно бесплатно (хоть стоила она и недорого) добавил к "Зениту" брезентовую сумочку с надписью "Panasonic": в комплект "Зенита" сумка не входила, а лежащие на витрине кожаные стоили соизмеримо с самим "Зенитом". "Зенит" (386SX-33) по мощи превосходил моего первого Китайчонка, но уступал последнему. Однако сколько же в нем было добавочных удовольствий! Потрясающие возможности, открываемые функциональными клавишами; практически полный загрузочный "Сетап" в любой момент работы. Сон (могущий длиться месяцами!) по простому закрытию крышки! Отключение лампы подсветки, что вдвое-втрое продлевает время работы от батареи, а в светлой комнате или под солнцем экран виден, как и с подсветкой! И что-то там еще, еще и еще!..

Но вот прошло месяцев девять, и на присоединяющем дисковод кабеле отломилась пластмассовая защелка... Вобщем-то, ничего страшного... Можно подключаться и без защелки: просто быть в это время повнимательнее. Однако я, сам уж не зная, с какой целью, проезжая как-то мимо "Динамо", заглянул в "Аллее".

"С одной стороны, – говорю, -пустяк. С другой – механическое повреждение, с которыми никто на свете претензий не принимает Но с третьей, – все-таки защелки обламываться не должны! Или должны?" И Володя мне отвечает: "Какой разговор?! Конечно, не должны! Давайте мы вам дисковод поменяем!" "Серьезно?" – я был попросту поражен. "Конечно, серьезно. Извините только: сейчас нет наших мастеров, они вернутся часа через полтора. Так что или уж подождите, или приезжайте завтра".

Я выбрал приехать завтра и получил "Зенит" совсем как новенький.

Но вот беда: дискеты читаться перестали.

Краснея, что причиняю столько неприятностей, я позвонил в "Аллее".

"Конечно, приезжайте", – ответил мне Володя радушно, как всегда.

Я приехал. Другой дисковод тоже отказался читать. Тогда прямо при мне вскрыли коробку, вынули новый "Зенит", переставили в него мой винчестер, а Володя сказал: "Извините, что мы доставили вам столько неудобств. В порядке компенсации вы получаете компьютер не с четырьмя, а с шестью мегабайтами оперативки". "И сколько я вам должен?" "Как сколько? Нисколько! Я ж говорю: компенсация за неудобства".

Но, Господи! Не везет – так уж не везет. Я толком и не помню что, но и в новом "Зените" что-то работало плохо. Вот тебе и brand name, вот и "Буря в пустыне".

Робея и заикаясь, я позвонил в "Аллее" опять.

"Минуточку, – сказал Володя. – Я сейчас посоветуюсь". И, спустя эту самую минуточку, сказал: "Эта партия вообще оказалась какой-то дохлой, и мы серьезно думаем, продолжать ли работу с "Зенитом". Так что, если вы доплатите 400 баксов, мы можем предложить вам 486-ю "Тошибу".

Я прикинул: "Зенит" стоил мне тысячу, ну пусть с шестью подарочными мегабайтами цена его выросла до 1100. А "Тошиба" стоит 2000. Подарок в шестьсот долларов в порядке компенсации. Ничего себе!

Я, конечно, понимал, что денег мне "Аллее" не дарит, просто, скорее, не добирает свой навар. Но ведь готов недобрать ради реноме!

Раздобыв четыреста баксов и упаковав "Зенит" в изначальную коробку, я отправился в "Аллее", откуда и приехал с "Тошибой", которой с огромным удовольствием пользуюсь посей день.

Но что ж за щедрость, – любопытство не давало мне покоя. Это, наверное, потому, что Володя знает, что я пишу в компьютерной прессе, и надеется на ненавязчивую рекламу. Так и порешив, я на время успокоился: повезло.

Но тут со всей неизбежностью надвинулись Windows 95. Я установил их на "Тошибу", они встали, но ворочались едва-едва: диск стрекотал, как мотор старого трактора, и между нажатием мышкой на кнопку и реакцией на это нажатие проходили годы. "Ро-ботрон" показался резвейшей машиной. Ничего не поделаешь: связался с Windows 95 – докупай память.

У "Тошибы" с памятью в смысле уникальности и совместимости все в порядке: на каждом углу продаются блоки вроде кредитной карточки, заключающие 4, 8 или 16 мегабайт оперативки. Вставляете такую карточку в специальную щель, и компьютер – как подстегнули. Стоит, правда, она подороже, чем стандартные SIММ'ы для десктопов, подешевле, чем обошлась бы мне память для Китайчонка, не попадись на жизненном пути Левша из "Бостон-сервиса".

Поскольку на каждом углу, я взял "Mobile" и стал вызванивать, где подешевле. Обычно в "Mobile" бывает так, что где подешевле – там либо это "уже продано, а вот по счастью есть то же самое, только несколько, извините, подороже", либо имеются в виду оптовые цены на партии от 10000 штук и выше, либо еще какой-нибудь вполне рекламный трюк. С тошибовской памятью повезло: даже в самых дешевых местах она была Я совсем уж было собрался куда-то на 5-ю Парковую, но решил позвонить-таки в "Аллее" (где по прайсу 4 мегабайта стоили баксов на 50 дороже, чем на 5-й Парковой). "Вдруг, – подумал, – Володя, коль уж так хорошо ко мне относится, даст скидку баксов хоть

на тридцать, и не надо будет связываться с посторонними". Но Володи, как назло, в "Аллесе" не было, и я уже хотел вешать трубку, как на вежливый, но настойчивый вопрос, чего я, собственно, хотел, решился ответить: дескать, хотел бы купить память для "Тошибы", но у вас она заметно дороже, чем где-то там еще, так вот, придется все-таки ехать туда, где дешевле, хоть и неохота.

"А почем она там?" – спрашивает телефонный голос (тут надо заметить, что кроме Володи никто меня в "Аллесе" не знал, да я, тем более, и не представлялся).

Я сказал, почем она там.

"Приезжайте к нам, – ответили мне. – Мы вам продадим за столько же".

"Ни хрена себе!" – подумал я, сел на машину и поехал в "Аллее".

Володи все еще не было; человек, которого я видел впервые в жизни и который, уверен, так же впервые в жизни видел и меня, признался, что это он говорил со мною по телефону и что да, пожалуйста, вот. с договоренной по телефону скидкой.

Я заплатил деньги, мне выписали квитанцию, я вставил в "Тошибу" память и, удовлетворенный, совсем уж собрался уходить, как., появился Володя.

"Зачем пожаловали?"

"Вот, память докупал. Все же здорово у вас: процентов 15 скидку сделали, потому что я нашел место, где продают ее дешевле".

"Пятнадцать процентов? Да вы же наш постоянный клиент! Ас постоянными клиентами отношения у нас особые. Не меньше двадцати!"

"Да ладно уж! Я уж и заплатил! И квитанцию, вон, выписали, и в компьютер занесли".

"Ничего! И квитанцию перепишем, и в компьютер перезанесем..."

И впрямь: не прошло и пяти минут, как я с новой квитанцией и неожиданными десятью долларами (в рублях по курсу) покидал "Аллее".

Но я еще не закончил рассказа об аллесных чудесах: когда я менял "Зенит" на "Тошибу", вместе с "Зенитом" я отдал и зенитовский модем PCMCIA – простенький, но вполне рабочий. Так тот же Володя вспомнил и про модем (хоть уже с год прошло) и сказал, что у них тут оказалась парочка хоть и немудреных, но с аппаратной защитой и каких-то... неликвидных, что ли (я так и не понял, что он имел в виду). И этот неликвидный модем фирмы Data Race тут же был мне совершенно бесплатно вручен. Он, конечно, медленный, но не один мегабайт информации я по нему перекачал, не один факс принял-отправил и не на один Web-сервер залез..

Хоть, вроде, от добра добра искать и не стоит, я все же с течением времени стал подумывать верную и безотказную "Тошибу" свою (за два года ни малейшей неприятности и единственная проблема: что специальный экранный драй вер для Windows 3.1 с Windows 95 не работает, до чего еще надо догадаться и подключить стандартный из Windows 95) несколько умощнить и, как говорят в компьютерном народе, проапгрейдить. Но вряд ли, думал я, такое возможно. Поменять винчестер или процессор – куда еще ни шло. Но сменить модель... Не слишком лия многого жду даже от "Аллеса"?

Как выяснилось, не слишком. В противовес "Интеллекту", дающему за самими же проданный брак и лом едва четверть цены, "Аллее" сказал, что правила обмена у них стандартные: цена Блокнота на сегодня минус какие-то весьма мелкие проценты за каждый месяц эксплуатации. То есть обмен моей "Тошибы" на более мощную обошелся бы мне... почти в разницу цен между этими моделями.

Но я так на обмен и не пошел... До сих пор... "Тошиба", слава Богу, работает. Для всякого рода выездной и разъездной работы ее более чем хватает. На столе, для работ покруче, стоит мощный "Пентиум".

Конечно, купить бы Блокнот покруче: "Пентиум-200", цвет, SuperVGA, встроенный стереозвук и дисковод для компакт-дисков... Приятно, заманчиво... Дорого, правда, но если поднапрячься...

О нет! Это уже выходит (при моем уровне доходов) за пределы разумного даже при большой любви к Блокнотам. Как-нибудь в творческой командировке обойдусь без просмотра CD-энциклопедии "Музыкальные инструменты". А вернусь домой – наверстаю.

И то, что я писал в одном из прежних номеров журнала, что готов поменять свою "Тошибу" на "Компак" с черно-белой активной матрицей – тоже душевное движение момента. Если б, положим, мне предложили за сотню баксов вставить такой экран в мою "Тошибочку", я бы, пожалуй, и не отказался. Но предать ее даже ради активной матрицы я покуда не готов. Работает все-таки, как часы, стойко перенося все тяготы и лишения отечественных автомобильных дорог, жизни на даче, путешествия в Швецию, Комарове и Суздаль, итак далее, далее и далее...

А на прощанье – почти анекдотический случай про "Компак" еще одного моего друга, Николая. Человек он, вообще говоря, вовсе не компьютерный – прозаик, журналист, эдакий плэйбой, частенько слегка навеселе. И вот, в самолете, в очередной журналистской командировке, поигрывая с "Компаком" в шахматы и потягивая сладкое липкое вино, опрокинул бокал на свой очаровательный малюсенький Блокнот.

Кабы не отчаянье, овладевшее им, и твердая подсознательная вера в чудеса, коренящаяся в глубинах души едва ли не каждого русского человека, Николай бы, добравшись до места, снес бы Блокнот-пьяницу в мастерскую, этой сам догадался бы вымыть его в ванне (бумажных деталей в Блокнотах, в отличие от блокнотов, нет) и высушить под феном: даже шурупчики не успели бы заржаветь.

Но рука сама потянулась проверить Блокнот на чудо. Последнего не произошло, и из обаятельных недр повалил дымок...

Тут уж поневоле пришлось идти на фирму. И, поскольку она была непосредственно от "Компака", как обычно и бывает с вещами производства фирм особо крупных, помощь пришла, но шла довольно долго: нализавшийся Блокнот слетал в США, где ему промыли мозги и заменили сгоревшее. Правда, на это время Николая снабдили "Компаком" временным. Ну, сколько это ему (Николаю) стоило, я даже как-то постеснялся интересоваться. Ясно, что не по гарантии. Поскольку гарантия на пьянство Блокнотов, увы, не распространяется...

А вот есть ли смысл в этой вольной болтовне на страницах серьезного компьютерного журнала – решать его редакции. И если она решит положительно, то потом – и вам.

От редакции. Уважаемые читатели! "Вольный" стиль изложения – не помеха для публикации на страницах еженедельника ваших впечатлений от использования ноутбуков, палмтопов, хендхелдов и других средств мобильного компьютинга. Поэтому смело присылайте нам свои рассказы и новеллы, ибо ваш опыт работы с компьютерами будущего бесценен и может пригодиться не одному поколению.

Что же касается изложенного в данной статье, то не всем улыбается счастье попасть в число "постоянных клиентов "и просто "хороших приятелей" фирм типа "Аллее" – простой покупатель "с улицы" может и не встретить всех "чудес" со скидками, безоговорочными заменами и апгрейдами почти даром. Ну, а что до фирм типа "Интеллект", то сколько сейчас развелось на российском (не только компьютерном) рынке корпораций, концернов, фирм и фирмочек, которые "знать вас не знают и видеть не желают" после продажи вам очередного "последнего достижения мировой технической мысли". Так что не обольщайтесь и не расстраивайтесь. А если приспичило, то покупайте нормальный brand nате – уже нем-то наверняка модемы гореть не будут.

Нотебук Российский