Эта мистическая история случилась два года назад, естественно, в самое новогоднее время. Я вошел в лабиринт Вольфенштейна (миссия Die, Fuhrer, die!) за полчаса до боя курантов на Спасской башне и к полуночи был на четвертом этаже. Обшаривая одну знакомую стенку, я напоролся на секрет, где оказалась лифтовая дверь. Когда я наконец вошел на секретный этщ^ак раз били часы.

Патронов негусто – всего 98 процентов. Здоровьишко тоже пошаливало – ничтожные 95. В руках теплился верный "Вулкан", а глаза так и шныряли из угла в угол.

В первой комнате пусто. Открыл следующую дверь, сделал туда одиночный выстрел... Тихо... Пошел внутрь.

Сзади скрыпнула железная дверь, разворачиваюсь – прямо на меня валит пара автоматчиков с криками "Сюрприз! Сюрприз!" У одного из них на голове корона, а другой был весь обсыпан конфетти. Стрелять в меня явно не собирались, но я мгновенно уложил их, просто следуя привычке. Подобрал корону и патроны и пошел в ту дверь, откуда они вышли.

В комнате торчало несколько деревьев в кадках (как они выживают, находясь постоянно без солнечного света?), и снова пусто. Подобрав лежавший в углу обед (свиньи здесь живут, в нормальных местах еда должна быть на столах), я почувствовал нечто странное. Не сразу понял, что именно: оказалось, что здоровья стало 105 процентов. 105! Ничего себе этаж...

Следующая дверь открыла еще одну неожиданную картину – под звуки немецкой народной песни "Когда муж пошел за пивом" отплясывали человек шесть плюшевых, а в уголке за пультом стоял автоматчик. На мое появление они не обратили ровно никакого внимания. Недалеко от входной двери на стене под традиционным "Achtung!" был приколот листок с объявлением... Да-да, конечно, "пулеметчик Ганс прокрутит вам парочку новых дисков". Дискотека, значит. Из абстрактного гуманизма трогать я их не стал – взял только у автоматчика серебряный ключик и пошел в боковую дверь.

Следующая комната представляла из себя кладовку. Кроме общепринятых кубков, крестов, ларцов и корон здесь были разбросаны подсвечники, чайники, парфюм, всякое шмотье, видеомагнитофон, стиральная машина, телевизор, пылесос и, наконец, автомобиль! Посреди этого поля чудес в подвешенной клетке сидел скелет, весь в мишуре и елочных игрушках. При надавливании на него он закрутился – и в итоге костлявой лапой показал на... ну, не так уж важно, на что, потому что свидетелей у нас со скелетом не было, и я забрал все. Приятно ощущать холодный кузов автомобиля через прокладку кармана.

В следующей комнате зомби играли в прятки. Они стояли в нишах; когда я заглянул в пару из них, они зашипели на меня "т-с-с!" Водил зачуханный зомби в подозрительно фрагментарном одеянии. Похоже, зомби играли на раздевание.

 Ну наконец-то – особенная дверь! А за ней – зал с огромным количеством народа. Человек сто. Стоят, ждут. На стенах портреты Бормана, Мюллера, Штирлица, пастора Шлага, профессора Плейшнера... Под радисткой Кэт я нашел было секрет, но тут открылась парадная дверь, и в зал вошел Дед Мороз со Снегурочкой. Дед Мороз был наряжен в огромную бронированную мантию (для завала потребуется всадить патронов этак сто тридцать) и очень напоминал бродячий сейф. На Снегурочке был серо-розовый костюм и два автомата на каждой руке. После общего поздравления толпа начала водить хороводы вокруг стоящего в центре зала "Вулкана". А мой путь лежал в секрет.

Секрет был мал, но архиполезен: много патронов и пачек медикаментов. Несмотря на свои сто пять процентов, я схватил одну пачку...

...Сколько я пробыл в секрете, не помню. Когда выбрался оттуда, толпа еще немного подросла, теперь играли в ручеек. Моя походка была нетвердой, и вертикально-горизонтальная геометрия лабиринта то и дело сменялась диагонально-диагональной. Лабиринт откровенно штормило. В поисках лучшей доли я прополз еще много комнат, пока не добрался до жалкого подобия туалета. Собственно, это была псарня с тремя овчарками, но я не нашел ничего лучшего, как воспользоваться их миской. Немного полегчало. Я погладил собак и отправился искать лифт. Главное, думал я, больше нигде не напороться на пачки медикаментов – белые, с красным крестом. В них такая бормотуха...

Передо мной предстала комната с лифтом. Вдали, в конце длинного коридора, находилась заветная дверь. Но пространство до этой двери устилали обеды. Все мои сто пятьдесят пять процентов здоровья устремились к лифту – и у двери их стало шестьсот пятнадцать. В лифт сразу войти не удалось. То есть дверь открывалась, но тело почему-то не проходило вовнутрь лифта. Оно прошло только боком. Лифт так и не поехал.

Насущной задачей стало уменьшение количества здоровья, хотя бы на пару сотен процентов. Если бы хоть одна сволочь на этом этаже стреляла! – то есть кроме меня, конечно. Но ни один из встретившихся мне не ответил на мои многочисленные провокации. Ни один. Пацифизм – страшная сила. Особенно при перепроизводстве продуктов питания. Я так и не выбрался с секретного этажа.

С той поры у меня появились три странные привычки. Во-первых, в вольфоподобных играх я записываюсь до еды, а не после. Во-вторых, я исключил из своего рациона куриные окорочка. И главная – в Новый год я за компьютер больше не сажусь. Я трусливо сбегаю от него в гости.

Словарь игрока:

Плюшевый – солдат-пехотинец в коричневой форме с пистолетом.

Автоматчик – автоматчик в синей форме.

Шустрый – тип с пистолетом в белой форме, напоминающей летнюю милицейскую.

Зомби – молчаливый тип, размахивающий руками при атаке.

"Вулкан" – трехствольный автомат.

Обед – лежащий на полу поднос с куриным окорочком и какой-то зеленью.