18 декабря 1995 года состоялось очередное (седьмое по счету) заседание Долгопрудненского (Московская область) городского суда, рассматривающего спор о принадлежности прав на операционную систему PTS-DOS, возникший между компанией "Физтехсофт" (истец) и группой физических лиц (Комаров, Домрачев, Сумар – ответчики). В качестве соответчика выступала компания "Парагон технолоджи системе", учредителями которой, как известно, и являются трое вышеназванных лиц.

Как уже сообщалось, 18 сентября 1995 года суд вынес определение, в котором в качестве меры по обеспечению иска со стороны "Физтех-софта" запретил "Парагону" использование спорной программы в любом виде.

Согласно ст. 133 ГПК, суд по заявлению лиц, участвующих в деле (обычно истца), или по своей инициативе может принять меры к обеспечению иска – в том случае, если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

Вынеся оба определения, Долгопрудненский суд не приступал к рассмотрению дела по существу. Основанием применения мер по обеспечению иска является не доказательство того, что позиция, занятая той или иной стороной, более сильна и соответствует реальному положению вещей, а то обстоятельство, что действия ответчика могут затруднить исполнение пока еще гипотетического решения суда в пользу истца. Это означает, что обе стороны для суда совершенно равны.

Но в таком случае вполне допустима следующая ситуация. Какая-либо российская фирма (или физическое лицо) подает против компании Microsoft иск, оспаривая ее право на ОС Windows 95. Разумеется, через пару лет она проиграет дело. Однако, наложив запрет на использование этой программы в России, можно ни много ни малозатормо-зить процесс "виндоузизации" всей страны! Если, конечно, со стороны ответчика не будут применены процедуры неправового характера.

Суд в таких случаях старается действовать по принципу "симметричности". Так, на последнем заседании суд отменил меры по обеспечению иска в отношении обеих сторон. Основанием для этого, по мнению суда, является тезис о том, что указанный запрет – разумеется, при его соблюдении – способен привести к банкротству обеих компаний, а это, конечно, не является целью принятия мер подобного рода.

В то же время если "Физтехсофт" убедительно доказала, что вся ее деятельность связана с разработкой, распространением и поддержкой PTS-DOS, вследствие чего наложенный судом запрет неминуемо приведет к банкротству компании, то ответчики этого сделать не смогли. Более того, было доказано прямо противоположное. Так, согласно предоставленной суду справке, отсутствовавший Комаров, являющийся сотрудником "Парагона", находился в это время в Германии "с целью заключения контрактов и проведения пресс-конференции". Это означает, что "Парагон" ведет бурную коммерческую деятельность – ведь ради малозначительных контрактов ехать в Германию вряд ли стоило. Между тем в это время еще действовал запрет на любое использование PTS-DOS, в том числе PTS-DOS. Поэтому остается одно из двух: либо "Парагон" занимается и другими видами деятельности, и тогда оснований снимать с него запрет на использование спорной программы нет, либо компания грубо нарушала определение суда и продолжала использование PTS-DOS (PT$-DOS). Однако эти факты соответствующей оценки со стороны суда не получили.

Вообще, во время процесса наблюдались любопытные вещи. В частности, заседание от 8 ноября было прекращено из-за неявки представителей обеих сторон. Суд опять попытался соблюсти принцип "симметричности", так как до этих пор рассмотрение дела откладывалось исключительно из-за неявки ответчиков. Это начинало становиться слишком заметно. Но дело в том, что срок действия доверенности, которой подтверждались полномочия неявившегося представителя "Физтехсофта", истек 31 августа 1995 года, и он таковым с этой даты считаться уже не мог. То есть говорить о неявке представителя "Физтехсофта" 8 ноября было нельзя. Что произошло на самом деле -ошибка или преднамеренное искажение факта – сказать трудно. Другой представитель "Физтехсофта", Абу-бакиров, на заседание явился.

Интересно было послушать высказывания адвоката ответчиков Кру-тышевой о необходимости конкуренции на рынке операционных систем, чем она и оправдывала действия своих клиентов (представителей Microsoft бы сюда!). Особую активность адвокат развила, попытавшись остаться наедине с двумя народными заседателями, хотя традиционно они особой роли в процессе не играют, но их мнение, по всей видимости, уже сформировалось. Впрочем, в соответствии с ГПК они имеют равные с судьей права. Итак, можно подвести некоторые итоги. Хотя – во всяком случае, теоретически – описываемый процесс и может поставить точку в конце долгого спора вокруг oдного из немногих конкурентоспособных отечественных программных продуктов, за прошедшие 10 месяцев суд так и не приступил к рассмотрению дела по существу. Учитывая динамичность рынка ПО, особенно в наше смутное время противостояния различных программных платформ, подобные темпы судебного разбирательства способны поставить крест на любой "софтверной" фирме.

Таким образом, можно прийти к страшному по своей сути выводу: на сегодня в России отсутствует легальный механизм защиты прав на ПО. В конечном итоге это может приведи к задействованию других способов решения возникающих проблем и в результате этого – к полному коллапсу всей"софтверной"индустрии.