Сам понимаю, что тема пиратства всем надоела. И если бы участники хронической дискуссии говорили то, что мне хочется услышать, я и помалкивал бы. Атак остается рассчитывать только на себя.

Слишком много было сказано против пиратов. Позвольте уравновесить. Что бы такое взять потяжелее... Ну вот, например. Феномен пиратства попадает в область противоречий между национальной и компрадорской буржуазией. Компрадорской, посредничающей в интересах иностранного капитала, пиратство, естественно, не нравится. Национальной оно дает очевидные преимущества. Малочисленная компрадорская буржуазия, к которой относится и новый компьютерный сектор, пытается уговорить могущественную национальную, но, честно говоря, ни одного серьезного аргумента я пока не слыхал.

Коронный из них – если будете себя хорошо вести, фирмы начнут переводить продукты на русский язык. На что национально мыслящий оппонент мог бы возразить, что от изучения английского языка никакого вреда, кроме пользы нашему народу не предвидится, а супостаты и так по-русски заговорят, просто потому, что весь их софтверный бизнес не стоит одного лишь российского металлолома.

И ведь действительно, интерес Запада к российскому компьютерному рынку, вероятно, определяется нашей покупательной способностью, а уж потом нашим поведением. То есть, главное, это здоровье национальной экономики. Что же касается издержек пиратства, например, тех же вирусов, то на всякую такую беду рынок находит средство. Информационная и экономическая свобода, это, как Ленин говорил по аналогичному поводу, есть меч, который сам исцеляет наносимые им раны.

От себя еще замечу, что отношение западных институтов власти к такого рода проблемам напоминает отношение взрослых к детям. Причем, их взгляд не обязательно справедлив. Мера терпимости обратно пропорциональна ожидаемому времени взросления, размерам и злостности поведения воспитуемого. Начальные условия берутся в расчет, но с трудом. Например, к России, которая обещает повзрослеть за срок, обычный для человеческого существа (что-нибудь 20 или 30 лет), относятся дружественно. А китайцев записали в неисправимые и публично выпороли.

Единственная российская особенность – переизбыток инженеров, не знающих, чем себя занять. Оттого любая, самая маленькая, самая государственная контора могла позволить себе нанять собственного пирата. Покупать программы? Как это? За что же мы тогда платим этому волосатому-бородатому-лысому-с-косичкой-через-глаз-повязка?

К добру или к худу, ситуация быстро нормализуется. За труд пиратов приходится платить все дороже, и это деморализует как их самих, так и работодателей. Вскоре пиратство сойдет к уровню других неискоренимых безобразий, вроде воровства в магазинах самообслуживания или проникновения в метро без билета. И мы знаем, кто есть и останется абсолютным и относительным чемпионом этого вида спорта – США, конечно.

Но есть еще один мало обсуждаемый аспект. Дело в том, что программное пиратство – это прежде всего проблема вовсе не России, а корпорации Microsoft. Последняя уязвима потому, что поставляет так называемые shrink-wrapped программные продукты. Эти продукты, продаваемые в магазинах чуть ли не на вес и, в отличие от традиционных, независимые от сопровождения поставщиком, – гордость бизнеса, созданного г-ном Гейтсом, и его ахиллесова пята.

Удивительно, что такая крупная компания, как Microsoft, до сих пор не диверсифицируется и ведет монокультурное софтверное хозяйство, к тому же почти исключительно на одной платформе. Фирмы, продающие программы с железом – как IBM, DEC, HP, а также поставщики сложных программных систем чувствуют себя в России совершенно по-другому.

Заметьте, Microsoft ополчилась на пиратов, когда занялась приложениями для Windows. И кончится дело, по-видимому, как обычно – всеобщей предустановкой. Люди уже жалуются, что невозможно купить машину без MS Office.

К сему кое-что относительно новейших сюжетов, включая и пиратские CD-ROM на Международном компьютерном форуме. Неприятнейшая, на мой взгляд, особенность антипиратских выступлений – их глубоко неправовой характер. Примером может быть письмо Сергея Королева, опубликованное в N28 "Компьютерры". Я не хотел бы его разбирать и того менее – обижать автора, но это призыв ввести в практику самосуд. Цивилизованности за этим много меньше, чем за пиратами.

Это хорошо, что коллеги перевели дискуссию на МКФ в академическое русло, вроде того, как отличить "некоробочную" поставку от пиратского изделия, а то завтра мог бы безвинно пострадать сам Королев. Если на то пошло, даже делая антипиратские заявления, запросто можно нарваться нелегальные неприятности. Никакая "скандальная известность" диска – еще не доказательство преступных деяний или намерений. Да и мало ли у нас в России примеров обратного рода, когда то, что выглядело безупречным, вдруг оказывается вне закона.

Цивилизованная точка зрения однозначна: нет никаких критериев законности кроме закона, и никто не может применять их кроме суда. Если закона нет или он не действует, то продавцы упомянутого CD-ROM -такие же честные бизнесмены, как все прочие. Призыв к насилию, даже в форме изгнания с выставки, это, сами понимаете, бандитизм. Кто хочет, пусть скидывается и организует антипиратский процесс, или идет пикетировать пиратский стенд.

Молодость не порок, и ничего хорошего нет в преждевременном взрослении ни человека, ни экономики. В ряду тех, кто выразил эту идею, где-то между А.С.Пушкиным и В.В.Шахиджаняном, мне вспоминается Игорь Ильинский. "И если сказать ты не можешь хрю-хрю, визжи, не стесняясь, иии-иии".